charodeyy (charodeyy) wrote in peremogi,
charodeyy
charodeyy
peremogi

Category:

Матрос из Малороссии, напугавший большевиков: кем на самом деле был лидер Кронштадтского восстания?

Ровно сто лет назад, в марте 1921 года, вспыхнуло и было жестоко подавлено Кронштадтское восстание. О причинах этого выступления, требованиях восставших, его влиянии на политику большевиков и дальнейший ход истории написано немало. Чуть меньше внимания уделяется его лидеру. Им был уроженец Малороссии. Писарь Степан Петриченко в полной мере воспользовался всеми шансами, предоставленными революцией, успев побыть и главой самопровозглашенного виртуального государства, и предводителем восстания, и агентом большевистской. Родился Петриченко в 1892 году. Более точная дата его рождения, как и место, неизвестны. По одной версии, он появился на свет в Полтавской губернии. В любом случае, когда ему было два года, семья переселилась в Александровск (ныне Запорожье), где будущий стихийный революционер и вырос. Петриченко окончил школу, училище и работал металлистом на местном заводе, пока не был призван в армию. Точнее, на флот. В 1914 году Петриченко был назначен на новехонький линкор Балтийского флота «Петропавловск», где служил старшим писарем. В следующий раз он «появился на радарах» уже в конце 1917 года на острове Нарген.



Там еще до Первой мировой начали строить форт для прикрытия военно-морской базы. На острове находилось несколько десятков матросов и строителей. В декабре 1917 года, вдохновленные петроградским опытом, они провозгласили на острове собственную суверенную республику. Новое государство получило весьма причудливое название — Советская республика матросов и строителей. Несмотря на то что численность его жителей не превышала нескольких сотен человек, государство имело полагающиеся ему атрибуты — флаг и правительство. Точнее, Совет народных комиссаров, по примеру РСФСР. Председателем СНК стал энергичный и пробивной Петриченко. Государство просуществовало целых два месяца. В феврале 1918 года при приближении немцев матросы сбежали в Хельсинки. Несколько оставшихся были немцами арестованы и переданы эстонцам. Вскоре после этих событий линкор «Петропавловск» перебазировался из Хельсинки в Кронштадт, где и оставался всю Гражданскую войну. А Петриченко в следующий раз всплыл уже в качестве руководителя революционного комитета восставшего Кронштадта в 1921 году. В промежутке он успел побыть членом партии, но вылетел из нее, не пройдя чистку или перерегистрацию. Известно, что до этого он успел погостить у родных в Александровске, где, возможно, близко к сердцу принял идеи Махно. Однако идейным анархистом Петриченко не был.

Вообще, политические взгляды Петриченко — большая загадка.

Сам он вспоминал, что до революции был убежденным патриотом и «приветствовал победы русского оружия». О его политической деятельности до октября 1917 года ничего не известно. Судя по всему, он начал искать свой шанс сразу после Октябрьской революции, а до нее был относительно безразличен к политике. Во многих источниках взгляды Петриченко характеризуются как анархо-коммунистические. Однако есть сведения, что он крайне негативно относился к Брестскому миру и вообще не упускал случая поругать большевиков, за что в конце концов и был изгнан из партии. В некоторых раннесоветских источниках Петриченко вообще упоминается как украинский националист, хотя его эмигрантская жизнь не позволяет хоть как-то заподозрить его в подобных политических симпатиях. Во всяком случае, с эмигрантами из УНР он контактов не поддерживал.

Но о самом загадочном периоде жизни Петриченко — эмигрантском — чуть позже, а пока вернемся к кронштадтским событиям.

Восстание моряков под лозунгом "За Советскую власть без большевиков" не на шутку напугало большевиков. Вернее, так: ни одно восстание времен Гражданской не напугало их сильнее. Разрозненные крестьянские выступления были для них предсказуемы. Большевики по умолчанию считали русских крестьян полуживотными и неразумными носителями враждебного мелкобуржуазного духа. Другое дело матросы — опора Октябрьской революции.

Революционер Виктор Львович Кибальчич (известный под кличкой Серж) вспоминал о тех днях и об эффекте, который произвело восстание:

«Листовки, расклеенные на стенах еще пустынных улиц, извещали, что в результате заговора и измены контрреволюционный генерал Козловский захватил Кронштадт, и призывали пролетариат к оружию. Но по пути в райком я встретил товарищей, вооруженных маузерами, которые сообщили, что все это — мерзкая ложь, что восстали матросы. От этого было не легче, напротив. Самым худшим являлось то, что официальная ложь парализовала нас. Еще никогда наша партия так не лгала нам. "Это необходимо, — говорили некоторые, все-таки ошеломленные, — для населения". Постепенно, час за часом, правда проникала через дымовую завесу прессы, буквально сорвавшейся с цепи в своей разнузданной лжи. И это была наша пресса, пресса нашей революции, первая в мире социалистическая, то есть неподкупная и беспристрастная!..

Крайне левый бывший кронштадтский матрос Дыбенко и лидер группы "демократического централизма" писатель и солдат Бубнов отправились на лед сражаться против повстанцев, правоту которых в глубине души признавали. Тухачевский готовил финальный приступ. В эти черные дни Ленин сказал одному из моих друзей буквально следующее: "Это Термидор. Но мы не дадим себя гильотинировать. Мы совершим Термидор сами!" <…> Кронштадт открыл период растерянности и сомнений в партии».


После разгрома восстания Петриченко и часть матросов ушли в Финляндию. Доселе неизвестный писарь превратился в важную политическую фигуру. Фактически он оказался лидером целой миниармии в изгнании. С ним стали искать контактов статусные деятели. Так, Врангель, самый прагматичный из белых вождей, всерьез размышлял над тем, чтобы формально включить кронштадтцев в состав армии. Петриченко осел в Финляндии, где работал на заводе. Известно, что он предпринимал попытки вернуться в РСФСР в начале 1920-х, но ему было отказано. Зато его завербовала советская разведка. С середины 1920-х Петриченко был агентом ОГПУ (затем — НКВД).

Тем временем в рядах кронштадтцев назрел раскол.

Матросы разделились на правое и левое крыло. Левые выступали за возвращение в СССР и по большей части вернулись, воспользовавшись амнистией для рядовых участников. Правые постепенно стали мигрировать в сторону классического итальянского фашизма. Известно, что Петриченко поддерживал контакты с бежавшим из СССР публицистом Иваном Солоневичем в период его проживания в Финляндии. Также в середине 1930-х Петриченко имел отношение к журналу «Клич», который стоял на правых антикоммунистических позициях. Формальным издателем журнала был соратник Петриченко по Кронштадтскому восстанию Митрофан Романов. Фактически деятельностью журнала руководил Северин Добровольский — белый генерал и соратник командующего Северной армией белых генерала Миллера. Сам Петриченко принимал участие в распространении журнала среди живших в Финляндии эмигрантов.

В 1937 году Петриченко порвал с советской разведкой. По другой версии, пытался порвать, но позднее восстановил контакты. Так или иначе, но после начала войны с СССР он как «предположительно красный» был арестован финскими властями. После окончания войны и освобождения Петриченко уже не таясь стал проявлять просоветские симпатии. И даже создал Русский культурно-демократический союз, явно благожелательно настроенный к СССР. Однако в 1945 году СССР потребовал от Финляндии тайно передать 22 человека, почти все из которых были русскими эмигрантами. Всего было передано 20 человек, ставших известными как «узники Лейно». В списке значился и Петриченко, приговоренный в СССР к 10 годам «за участие в контрреволюционной организации РОВС, помощи в переброске агентов через границу и работе на финскую разведку». При этапировании во Владимирский централ в 1947 году Петриченко умер в возрасте 55 лет.

Этот арест окончательно запутал ситуацию.

Если Петриченко 20 лет работал на советскую разведку и по ее заданию был внедрен в РОВС, то как тогда его можно обвинять в членстве в этой организации? Ведь это даже не абсурд, а натуральное безумие. Объяснить это можно разве что личной местью Сталина за Кронштадт. Либо степень вовлеченности Петриченко в деятельность советских спецслужб существенно преувеличена, и на самом деле он вел свою игру и до конца придерживался антисоветских взглядов, и в СССР это знали. Тогда преследование Петриченко хоть как-то объяснимо. Так или иначе, этот стихийный революционер, потерпевший поражение в 1921 году, пережил всех кронштадтских триумфаторов. Руководившие подавлением восстания Тухачевский, Дыбенко, Казанский, Седякин, Вегер, Кузьмин были казнены в СССР еще в конце 1930-х годов.

Источник: Украина.ру
Tags: русская правда
Subscribe

Recent Posts from This Community

promo peremogi august 19, 13:54 87
Buy for 400 tokens
На смерть Союза. Ну вот скажите, жалко или не жалко теперь, 30 лет спустя, что ГКЧП не смог спасти страну? А смог бы? А вот вы лично — 30 лет спустя — поменяли бы сторону баррикад, зная теперь, что дальше было? Страна была больна — не скажу, что смертельно, но элиты национальных окраин, все…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments

Recent Posts from This Community