💉Кровавый Мясник💉 (kzay) wrote in peremogi,
💉Кровавый Мясник💉
kzay
peremogi

Categories:

Футурологическая курилка

Доброго времени суток, камрады!
Странный сегодня день, эдакая недосуббота, по крайней мере для меня. Рабочий день, хоть и сокращенный. Но для многих камрадов выходной, поэтому курилке быть. Но поскольку день странный, то и курилка будет странная... и сверхмногобуквенная. Компиляция ФБ поста (с комментариями) и статьи на сайте.
Как обычно чай-кофе (остальное опционно).
Поехали!








[Полный текст статьи]
Насколько устойчив путинский режим? Прогноз на ближайшие годы

Владислав Иноземцев — российский экономист, социолог. Доктор экономических наук. Научный руководитель и директор «Центра исследований постиндустриального общества». Автор более 1400 печатных работ, опубликованных в России, Франции, Великобритании, США и Китае, в том числе 13 монографий.

В последнее время обсуждения степени устойчивости политической системы, сложившейся в России, стали своего рода профессиональным спортом в среде оппозиционных политологов (для провластных, разумеется, подобная тема просто не существует). Прогнозы делались и делаются самые разные, но в большинстве из них авторы исходят из той предпосылки, что власть, всё в меньшей степени принимающая во внимание запросы общества и всё менее эффективно обеспечивающая экономическое развитие, вступает в период нестабильности и упадка. Хорошо это или плохо, но я пока не вижу признаков приближения подобного кризиса.

Поясню сразу: я буду говорить о «путинском режиме» как о персоналистской системе власти, сформировавшейся в России после 2000 года. Следует принимать во внимание, что этот режим в первые годы своего существования добился существенных экономических успехов: средняя зарплата в стране выросла с $79 в месяц в 2000 году до $696 в месяц в 2008-м и с тех пор удерживается в диапазоне $620-750. Общество остаётся крайне разделённым по признаку доходов, но повышение благосостояния ощутили все его слои.

По крайней мере с 2008 года власти выдерживают реваншистскую политику – они расширяют своё влияние на постсоветском пространстве через поддержку сепаратистов в Южной Осетии, Абхазии и на Донбассе, развивают интеграцию в рамках ЕАЭС, экспериментируют с созданием единого государства с Белоруссией и захватывают части сопредельных стран, как это случилось с Крымом в 2014 году. Они создали мощные силовые структуры, с помошью которых проводят пока ещё инвидуальный и точечный террор против недовольных. Судебная система при этом подчинена исполнительной власти, а базовые инстиуты права практически полностью демонтированы. Важнейшей точкой в эволюции режима стал 2012 год. Система тогда осознала, что она не способна на смену первого лица даже во имя сохранения самой себя, и возвратила Владимира Путина в Кремль. С этого момента экономический рост и повышение жизненного уровня населения практически прекратились. За 2000-2011 годы суммарный рост ВВП составил 83,5%, а рост зарплат в номинальном долларовом выражении – в десять раз. За 2012-2019 годы первый показатель вырос на 9,5%, а второй снизился на 5,5%. Именно с 2012 года можно говорить о «цементировании» системы, но пока не о её закате.

Последовавшие события убеждают меня именно в этом выводе. С 2012 года, а еще более с 2014-го, Россия научилась жить без экономического роста, при введённых против неё санкциях, серьёзном снижении качества потребляемых гражданами товаров, заметном ограничении базовых гражданских свобод и растущей информационной закрытости. За эти годы многочисленные предсказания краха режима — ввиду ли внешнего давления, нарастания протестного движения, региональных «бунтов», или внутреннего конфликта в элита — не сбылись. Сегодня можно, на мой взгляд, констатировать, что период турбулентности и столкновения с неизвестными ранее факторами во многом остался позади: население смирилось с отсутствием перспектив роста и мечтает только о том, «чтобы не было войны». Наиболее недовольные слои населения во всё возрастающей доле «пакуют чемоданы». Особо активные «протестанты» испытывают на себе мощь карательной машины. При этом крупный бизнес остаётся лояльным власти и лишь стремится вывести некоторое количество ликвидных средств за рубеж в качесте страховочного механизма.

Что может ждать нас впереди? С самого возвращения Владимира Путина в Кремль я повторяю, что президент не покинет высшего государственного поста добровольно. С учётом очень малой вероятности путча — до конца своих дней. И его правление вполне может продлиться до начала 2030-х годов. Остановка экономического роста не станет причиной дестабилизации: так как основным источником финансовых поступлений в страну является экспорт энергоносителей, уровень жизни будет стагнировать практически неопределённо долго в условиях пребывания цен на нефть в коридоре $50-65 за баррель, не порождая катаклизмов. В случае относительно кратковременных провалов ситуация будет балансироваться отчасти за счёт использования резервов (которые могут покрывать умеренный бюджетный дефицит в 2,5-3% ВВП в течение трёх лет), отчасти за счёт ограниченной девальвации национальной валюты, которая в условиях крайне сжатого спроса будет порождать очень невысокую инфляцию.

Санкционное давление на страну вряд ли будет существенно увеличено, а если оно даже будет постепенно нарастать, власть сумеет нивелировать негативный эффект патриотической демагогией. Массовые протесты, несмотря на ухудшающуюся экономическую обстановку и напряжённость в отдельных регионах и по отдельным пунктам повестки дня (например, экологической проблематике), также не смогут дестабилизировать власть, так как будут подавляться практически в превентивном порядке и всё более жёстко.

Кроме того, нужно иметь в виду, что многие болевые точки режима (например, коррупция) на деле вызывают очень небольшое внимание населения, в основном относящегося к ним как к вещам давно известным и как к неизбежному злу. Вероятность заговора остаётся крайне низкой, так как вокруг президента сложился ряд относительно враждебно относящихся друг к другу групп, каждая из которых быстро вскроет подобную попытку любой другой в случае её подготовки (даже если её «проморгают» силовые структуры). Суммируя, я не вижу объективных причин для дестабилизации режима на горизонте ближайшего десятилетия.

Есть, правда, несколько факторов, которые могут изменить картину.

Во-первых, это существенное изменение политики Кремля в сторону «сталинизации» и наведения порядка через репрессии против чиновников и государственного аппарата в широких масштабах в рамках кампании «неприкасаемых у нас нет». Такой поворот мог бы спровоцировать единый защитный порыв всей бюрократии и привести к свержению Путина. Однако я не вижу ни одного признака того, что Кремль может счесть террор против своих необходимой мерой. Пока даже наиболее проштрафившиеся и неэффективные чиновники осыпаются орденами и бонусами.

Во-вторых, это резкое ухудшение экономической ситуации — такое, следствием которого станет кратное сокращение потоков, пригодных для «распила» (ещё более опасной ситуация станет, если активы, приватизированные чиновничьим классом, начнут массово приносить убытки и требовать финансовых вливаний для своего функционирования). Это может стать реальным следствием глобального экономического кризиса и падения цен на нефть ниже $30/баррель с сохранением её на этом уровне в течение 3-5 лет. Такой фактор дестабилизации кажется мне наиболее вероятным, если даже не единственным, о чём я также писал ещё несколько лет назад.

В-третьих, это некоторые сумасбродные действия Владимира Путина, которые приведут к реальной военной конфронтации со странами Запада. Среди таковых могут быть попытки силового присоединения Белоруссии, расширения агрессии России против Украины, вмешательства «зелёных человечков» во внутренние дела стран Балтии, участие России в региональных конфликтах на Ближнем Востоке, если они начнут глобализироваться. Про обмен ядерными ударами я не говорю, так как он исключает всякие прогнозы будущего развития, однако значимый региональный конфликт масштаба афганского вполне способен похоронить режим за 5-6 лет.

Между тем я не стал бы считать, что Владимир Путин теряет рассудительность, хотя многие комментаторы исходят именно из этого. Да, его выступления и его действия становятся всё более вызывающими и эпатажными, но это те эпатажность и вызов, которые позволяют ему его подданные и «партнёры», и границы дозволенного Кремль пока чувствует достаточно хорошо. Я бы сказал, что после 2014 года ни один ответ на его действия не был для властей России неожиданным.

Таким образом, я продолжаю считать, что единственный «ограничитель» существования режима — это срок, отпущенный природой его создателю. Здесь стоит сделать одно важное замечание: я не оставляю практически никакого шанса на то, что система может сохраниться после ухода Владимира Путина. Причём по нескольким причинам.

С одной стороны, такой уход случится нескоро, и с высокой степенью вероятности экономическая и социальная ситуации в стране к этому времени будут намного хуже, чем сегодня. За Владимиром Путиным до его последних дней сохранится ореол мессии, который сумел поднять уровень жизни на тот уровень, с которого он постепенно движется вниз. Угасание диктатора будет вызывать в обществе скорее оцепенение, чем революционный протест – но после его смерти неминуемо окажется, что все резервы потрачены, все возможности повышения благосостояния и поддержания экономики исчерпаны, и на его преемника обрушится всё недовольство населения. Я бы не дал никому, кто может прийти на смену нынешнему президенту, больше года на этом посту. Ввиду того, что маразм системы и её озлобленность в отношении внешнего мира к времени ухода Владимира Путина приобретут гротескные масштабы, маятник российской истории неизбежно качнётся в сторону демократизации и в сторону примирения с Западом.

С другой стороны, Владимир Путин создал систему, в которой каждый из её элементов наделён властью и возможностями. Они застят человеку глаза и лишают его разума, но при этом все эти люди обязаны своим возвышением исключительно президенту и его благосклонности, но не профессиональным или человеческим качествам. Внутри элиты нет иерархичности, и как только «стабилизатора» в лице создателя режима не станет, начнётся «конфликт всех против всех», в котором система погибнет.

Сегодня часто говорят о формировании наследственной бюрократической олигархии, и в «элиту» начинают кооптироваться не только сыновья (как в случае Николая Патрушева), но и дочери высших чиновников (тех же Владимира Путина и Сергея Шойгу). Но я не вижу возможности трансферта авторитета и влияния в условиях, когда сам основной игрок не способен передать свой рейтинг и свой статус в иерархии кому-либо. Как показывает опыт многих европейских стран, персоналистские режимы разрушаются в течение короткого срока после отхода их создателей от власти. И, повторю ещё раз, я не вижу никаких предпосылок даже для краткосрочного ужесточения режима: Россия постпутинская будет Россией более европейской и более демократической, чем нынешняя.

Но случится это вовсе не так скоро, как многим хотелось бы…

Болд мой - Заев*

[FB пост и прямая ссылка]

https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=2833612910035003&id=100001589654713

ЗЫ сверхконцентрация русофобии и "кредитная история" всего ФБ в "Пруфячечной", подписывайтесь!
Tags: бог хохлов, грядущая перемога, запомните этот твит, концептуальная перемога, курилка, перемога опасносте!, танец перемог
Subscribe

Recent Posts from This Community

promo peremogi july 7, 08:29 10
Buy for 400 tokens
Статья поляка Романа Дмовского " Украинский вопрос" написана в 1930 году. Поляки, как никто другой, знают, что такое украинство, т.к. сами приложили максимальные усилия к его созданию. Собственно, и название "украинцы" - это польская кличка, как и "мова" (mowa), а не…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 45 comments

Recent Posts from This Community