whywarum (whywarum) wrote in peremogi,
whywarum
whywarum
peremogi

Category:

Как выжить в аду, рассказал таксист-киборг-театрал в одном лице.

Таксист, киборг, театрал. Как выжить в аду, рассказал «киборг» Роман Гребенюк.

Он говорит медленно, иногда подбирая слова. За его спиной — три ротации в ДАПе и множество таких воспоминаний, которым впору бы стать сюжетом боевика или фильма ужасов.

Я служил в 74-м отдельном разведывательном батальоне. Был взвод бывших «ментов», взвод бывших «бандитов», наш взвод был «сборной солянкой»… Был там человек, имевший сеть поликлиник, кто-то был спортсменом, кто-то бизнесменом…

9 октября комбат собирает батальон: «Есть желающие ехать в аэропорт?». 21 человек набралось из батальона. Утром собрались, приехали туда, сразу начался обстрел. Ад полный, не совсем понятно было, куда ты попал. Мы уже участвовали в боевых действиях, получали «по шее», но там жесть была!

Передают информацию - московская десантура, 700 человек, которая будет сейчас штурмовать. И тогда мы доставали карточки, ломали… ну, настроены на то, что мы оттуда не вернемся. А потом, если так проанализировать, то был самый легкий день!..
Мы две недели провели на первой ротации. Всякое было, знаете… Аэропорт, он как выглядел — сепары внизу, сепары наверху. Наши — первый этаж и часть второго, а все остальное полностью их. И с балкона бросили гранату. Парень стоял — хватает ее, чтобы выбросить… ему руку оторвало, часть челюсти…

В середине ноября поехал опять туда. Приехали — тишина, было так странно… Приходит приказ — надо усиление на старый терминал, сепары отбили его. Между старым и новым сто метров. Но они полностью простреливаются, это такая тоже «дорога жизни». Там не проедешь, там надо просто бежать. Мы пришли туда ночью, переночевали. Я сначала на первом этаже был, потом нас восьмерых пустили на подвал. Короче, со всего здания старого терминала нашими были две комнаты на первом этаже и одна на втором. Все остальное было сепарское. И в то время нам говорили, что там стоял русский спецназ. Ну, там видно было, что ребята не малые, и явно не шахтеры…

Начинался бой с восьми ребят, закончили мы его вдвоем. Я и еще один сапер.
Колонны, каждая обставлена 120 мм минами. Этаж мин — пластид с детонатором. Парень из саперов все заминировал, то есть, если отходим, просто взорвать…
И вот они лезут в дверь, ты их не видишь, слышишь, что там что-то копошится. Для того, чтобы увидеть, куда выстрелить, но не стрельнуть в колонну с минами, надо было подсветить. Мы это делали до шести вечера. Знаете, как в фильме «Рэмбо», где он стоит по колено в гильзах. У нас весь пол был засыпан теми гильзами… Потом уже когда вылезли — черные — уже все гореть начинало, мы вызвали артиллерию на себя, потому что мы заняли второй этаж полностью. Их очень много было!.. Так без конца стреляешь, стреляешь… просто чтобы он не смог голову высунуть. Бах — граната, бах — граната, бах — ПТУР прилетел через окно… со всех сторон летели! Бах — шашками дымовыми забрасывают, вытравливают… Это, по сути, тоже было не очень серьезной бойней. Но тогда бой казался тоже смертельным.

Когда все начало гореть, бочка с соляркой подожгла канализацию, трубы… весь пластик, - все это начало гореть, а мы в подвале, там реально невозможно было уже находиться. Мы просто задохнулись бы. Поднимаемся — 23 раненых в конце дня. Не знаю, сколько было «200-х».
Нам просто нечем было отстреливаться. Все, что можно было, все выстреляли. Надо было стрелять всегда. И так 8 часов подряд несколько стволов стреляют, стреляют, чтобы их просто не допустить. Через стены стреляли! Разбивали стены, просто из пулемета стреляли… ну, разная тактика была.

Во второй раз, когда были, выезжали через Донецк. Тот случай, когда Моторола с перебинтованной рукой пожал руку нашему офицеру. Мы как раз тогда сидели с парнем в КАМАЗе, это на наших глазах происходило. Впервые тогда увидел обезьяну эту рыжую. Затем, уже на третьей ротации, поехали мы в Донецк, встретили нас на мосту, и началось шоу. Ехали два КАМАЗа, КРАЗ, ЗИЛ вез еду и воду. Выгоняют 20 или 25 ребят из машины, снимаем рюкзаки, ставим… Можно было ехать только с одним «рожком» — 30 патронов, больше нельзя. Выворачиваешь все… Ну, что с собой везешь? Салфетки влажные, кофе, чай, «Мивина», сгущенка, тушенка, трусы, носки… И эта падаль идет… А эта все снимает — «Life News», «Россия 24», «ОРТ»… Мы ничего сказать не можем, потому что мы стоим, а наша машина на досмотре. Смотришь — там пулеметчик в посадке сидит, там снайпер лежит, там еще кто-то возится… Их здесь достаточно. И он один стоит — у него восемь магазинов, патронташ «вогов»… его достаточно одного нас здесь всех перестрелять! А я вышел — у меня автомат, и рожок пристегнут. Автомат на груди был. И мне тыкали автоматом в грудь, чтобы я свой автомат за спину повесил. И они снимали это! Посмотрели, поржали с нас, мы уже загрузились. И здесь сепары: «Мужики, с Рождеством!». И бросают нам сухпайки свои. Ну, они не их, конечно, а российские. Такая чистой воды провокация. А что ты сделаешь?.. Это же снимали, как бойцы «ополчения» помогают украинской армии, типа, мы очень плохо выглядим. И поехали мы по Донецку. Нас сопровождают батальон «Восток», чеченцы и колонна внедорожников, мы проехали около восьми танков, все заведены, и каждый танк поворачивает ствол. И мы ехали БТРами, наша машина последняя была, нас догоняют «Собаки!.. Псы!.. Бандерштат!..». Когда мы со второй ротации выезжали через Донецк, нас сопровождала миссия ОБСЕ. А здесь их не было.



Началась третья ротация, в аэропорту. Приехали — первый день — тихо. 13 числа башня упала. Нас начали просто расстреливать танком, две позиции — выбили, все было разрушено, негде было спрятаться. Мы ночью выезжаем, отстреливаем… ну башни уже нет. Корректировать огонь неоткуда. И они спокойно катались под носом. Из самого терминала корректировали, что-то подбивали, конечно, их танки тоже горели!

Из наших восьми позиций осталось три… сбили нас в кучу. Много раненых. Тогда еще приезжали БТРы, ничего уже не подвозили, но хотя бы раненых забирали. Хоть что-то!..
Уже штаб наш разнесли… Двери снесли… Реально полная разруха, нас согнали на квадратах, может, 50, всех, кто был… Уже никого не забирали, уже никто не приезжал, уже люди начали умирать, потому что наш медик не справлялся с таким количеством раненых, и не было таких средств, чтобы спасти жизнь… Лежат «200-е», замотанные в фольгу, простыни, люди в туалет ходят возле них… везде стекловата… здесь «300-е», здесь из «300-х» уже «200-е»… Там мусор лежит…

Затем начался уже жесткий штурм. Начали забрасывать нас хлорпикрином, шашками. Люди блевать начали, слепнуть… Нас спасло то, что мы туда уже пристрелялись, просто вслепую стреляли, но попадали! Не пускали! И они нас душили-душили, но не выдавили. Был ящик противогазов, но только один с фильтром. Мы дали его пулеметчику, который бил их на улице. Случай были — чувак стоял, ему надо было только гранаты бросать. Была куча гранат, и их надо было бросать в подвал, потому что оттуда лезли. Он стоял-стоял — бах! — говорит, меня подстрелили. А он сам себе ногу прострелил. У него уже просто истерика началась.

В ночь с 19 на 20 наше командование сказало — любыми путями выезжайте. Приехала машина нам на помощь, МТЛБ. Я не знаю, сколько туда людей влезло! Закрылись, а нашим сказали: «Выбирайтесь, как хотите!».
Были у нас «200-е», их некуда было девать. Решили — давайте хоть нескольких заберем с собой… Одного «200-го» на правом крыле привязали, а на левом не успели — уже машина начала ехать. Я на ходу прыгаю, держу этого «200-го» за ноги. Мы летим, во что-то въезжаем… я едва держу погибшего, он повис головой вниз, я боюсь, что ему сейчас траком голову оторвет… ужас! Я сам не могу держаться, а мне еще и его надо держать! Просто ад!

С довоенного периода друзей не осталось. Было время, когда и родители меня не поддерживали. Это сейчас мы уже помирились, и в Россию уже никто не хочет. А друзья… Приезжали мы с женой к моему старому другу, близкий такой был друг… Разошлись с поломанным носом. Там просто шизофрения. Он был старше меня, был для меня авторитетом… Как такую ересь можно нести, я не знаю.

В прошлом году приехал к маме, включаю компьютер — мне нравится группа «Мэри», хотел послушать. Набираю — «Данный контент доступен только с территории Украины». А я, мать вашу, где нахожусь?! Я же не на оккупированной территории даже! Включаешь кабельное — 52 каналов. 20 из них российские. Почему? Не понимаю! Это в Лисичанске.

Я, в принципе, и уволился, потому что стал плохо видеть, слышать. Я не мог за рулем ездить. Меня положили «на дурку» в Одессу, провели расследование, потому что я не обратился в тот день, когда это произошло.

Некоторые говорят, что Порошенко обещал за две недели закончить войну. Но он обещал тогда, когда еще не зашли российские войска. Тогда всем воевалось хорошо, чувствовали себя нормально, воевали, штурмовали, зачищали… Все бы закончилось реально не за две недели, но за два месяца. Но этого почему-то никто не понимает, даже некоторые военные.
Полностью здесь

Tags: Донбасс, а нас-то за що?, вечера на хуторе, картинка, потерь нет
Subscribe
promo peremogi февраль 10, 18:12 127
Buy for 400 tokens
Конспирологическая курилка воскресная, в развитие вчерашней, где обсуждалось, что было бы, если бы Россия вляпалась в Руину в 2014 году и как бы сейчас выглядела она, Руина и мир в целом. Здесь вчерашний эфир Сергея Караганова с примерно той же тематикой. Украина упоминается, но совсем вскользь в…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 46 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →